Процесс родительской терапии

Подобно игровой терапии, центрированной на ребенке, родительская терапия выстроена таким образом, чтобы укрепить отношения между родителем и ребенком; при этом родитель является терапевтическим агентом перемен. В процессе учебных занятий, просмотра видеозаписей; участия в ролевых играх родители становятся более сензитивными к своим детям и научаются относиться к ним безоценочно, с пониманием, создавая атмосферу принятия, в которой ребенок может чувствовать себя в достаточной безопасности, чтобы исследовать другие аспекты собственной личности и другие способы взаимодействия с родителями. Фоном для создания такой новой атмосферы является установление специального времени (30 минут) для игры. Поскольку единственной целью родителей является развитие сензитивности, понимания, принятия и сообщение ребенку об этих особенностях своего отношения, у них развивается тонкое восприятие детей и их возможностей. Эта новая творческая динамика эмпатического реагирования со стороны родителей становится творческим процессом, посредством которого происходят перемены как в самом родителе, так и в ребенке, а также в их взаимодействии.

Отношения между родителем и ребенком остаются неизменными в течение времени, специально отведенного на игру, потому что родитель всегда играет с ребенком в одной и той же эмпатической манере. Таким образом, ребенок начинает воспринимать родителей по-новому — как союзников, потому что играющий с ним родитель все время старается понять чувства ребенка, его деятельность, экспрессию, его точку зрения. Такое принятие ребенка и его потребности в самостоятельности облегчает ребенку принятие собственного Я и усиливает его веру в установившиеся отношения. Поскольку родитель не инициирует и не направляет игровую деятельность, ребенок получает возможность наиболее полно выразить свои творческие способности, свой потенциал и одновременно испытать чувство ответственности. Могущество такой свободы, внутри разумных границ, устанавливаемых родителем, — свободы управлять собой, творить, повелевать, быть глупым, угрюмым, серьезным, просто радоваться полноте жизни, не боясь быть отвергнутым или наказанным, — это, без сомнения, переживание, в высшей степени облегчающее и стимулирующее рост ребенка. По мере того, как ребенок получает у родителя поддержку и перед ним открываются новые возможности, растет и развивается его самооценка.

Бернард Гуэрни (В. Guerney, 1969) формулирует следующие цели игровых сеансов:



«...прежде всего разрушить верное или неверное восприятие ребенком чувств, установок родителей, их отношения к нему. Во-вторых, эти сеансы проводятся для того, чтобы позволить ребенку выразить свои мысли, потребности и чувства, которые он прежде скрывал от родителей, да и от самого себя. (Такая коммуникация обычно осуществляется посредством игры). Совместные сеансы детей и родителей, таким образом, предназначены для того, чтобы снять давление и избавиться от тревожности, вызываемой внутренними конфликтами. В-третьих, на сеансах ребенок должен прийти — через усвоение по-новому увиденного отношения к нему родителей — к усилению чувства самоуверенности, самоценности и уверенности в себе» (стр. 452).

Поскольку родители, как ожидается, должны продемонстрировать только те умения, которым их научили в течение непродолжительного времени, то необходимость вообще изменить поведение им не угрожает. Когда от родителей ждут, что они будут использовать новые способы общения с детьми, двадцать четыре часа в сутки, родители, скорее всего, почувствуют себя побежденными еще прежде, чем это общение начнется, поскольку они понимают, что то, чего от них требуют, невозможно. Терапия детско-родительских отношений не требует от родителей абсолютного изменения. Поэтому опасности того, что родители почувствуют себя виноватыми, вернувшись за пределами игровой комнаты к прежним паттернам поведения, не существует. В действительности чаще случается так, что родители спонтанно используют полученные на психотерапевтическом приеме умения в реальной жизни, и от этого чувствуют удовлетворение и стремятся все шире использовать эмпатические реакции.

Отбор родителей

Развитие исходных идей терапии детско-родительских отношений привело к признанию того, что в большинстве случаев такое обучение оказалось пригодным для всех родителей, а не только для тех, чьи дети испытывают трудности в общении. Даже в хорошо адаптированных, стабильных семьях происходят иногда события, приводящие к временному нарушению взаимодействия между родителем и ребенком, или вызывают со стороны ребенка эмоциональные реакции, требующие от родителей особой чувствительности к его эмоциям и потребностям (например, рождение ребенка; трудности в учебе; неуправляемый ребенок; ночные страхи; переезд в другую, квартиру; смерть родителя; смерть одного из детей или близкого друга: родитель, слишком занятый на работе и редко бывающий дома; потеря работы или существенное изменение в доходах родителей; автомобильная катастрофа). Эти происшествия могут привести к тому, что у ребенка возникают страхи, тревога, стремление быть ближе к родителям; он может замкнуться или начать безобразничать. Многие родители не знают, как правильно реагировать на такие реакции или поступки, чтобы утолить эмоциональный голод ребенка. Их естественным стремлением становится остановить ребенка, а не попытаться понять его.



Мой опыт работы свидетельствует о том, что терапия детско-родительских отношений является пригодной для работы со многими детьми, не только с теми, кто испытывает эмоциональные затруднения. Родители сегодня все больше ощущают потребность в том, чтобы лучше понимать своих детей и более эффективно взаимодействовать с ними. В моей учебной группе почти столько же родителей, стремящихся быть хорошими родителями, сколько и тех, чьи дети испытывают те или иные затруднения в общении. В некоторых моих группах есть даже дедушки и бабушки, которые недавно стали опекунами или усыновили своих внуков и пришли, «чтобы узнать что-нибудь новенькое о воспитании». Несколько состоятельных семей прислали проживающих в доме нянюшек, чтобы они научились проводить специальные игровые сеансы. Недавно ко мне в группу записали молодую няню (ей чуть больше двадцати лет) годовалой малышки: родители хотели, чтобы девушка умела чувствовать эмоциональные состояния и потребности ребенка. Она провела превосходную работу по эмпатическому реагированию с годовалым ребенком во время игровых сеансов, которые были записаны для анализа на еженедельных встречах родительских групп. Однажды на обучение записалась будущая мама на седьмом месяце беременности, так как она хотела «как можно раньше начать пользоваться специальными игровыми приемами». Во время обучения она практиковалась с ребенком своих приятелей и была одним из самых старательных и эмоциональных родителей в группе. В другой раз в группу записалась молодая пара, ожидающая ребенка, и оба будущих родителя проводили у себя дома еженедельные сеансы с ребенком своих родственников. За помощью обратились родители пятилетней девочки, потому что им казалось важным укрепить отношения отца с дочерью прежде, чем он начнет отбывать срок в тюрьме.

Люди обращаются за обучением по разным причинам; среди них много типичных детских проблем общения и сложностей в детско-родительских отношениях, равно как и эмоциональных затруднений у детей. Одно из драматических достижений произошло у девочки, где поводом для обращения было то, что отец изнасиловал ее. Она получала лекарственные препараты по поводу припадков, которые случались у нее до десяти раз в день. В медицинской карте была сделана запись о возможных эмоциональных факторах. В течение первых пяти недель, после начала домашних игровых сеансов, которые проводились два раза в неделю, мама сообщила, что частота припадков снизилась до одного раза в неделю и лекарства больше не применялись. Шесть месяцев спустя мама по-прежнему проводила с дочерью игровые сеансы, и припадки стали еще реже.

Луиза Гуэрни (L. Guerney, 1976) рекомендует отсеивать родителей-психотиков, умственно отсталых, покушавшихся на свою или чужую жизнь. Она пишет, что типичным участником ее группы является человек, принадлежащий к категории людей со средним доходом и имеющий по крайней мере законченное среднее образование. Таким же был и мой опыт. Однако одной из самых замечательных моих программ была подготовка тщательно отобранных социальных работников, принадлежащих к испаноязычной общине в Далласе, которые впоследствии должны были организовать и обучить группы родителей применению игровой терапии при коррекции детско-родительских отношений. Четверо слушателей были школьными психологами, два — директорами дневных стационаров, одна — медицинской сестрой, специализирующейся в области психиатрии, а одна слушательница работала консультантом в агентстве. После года подготовки наиболее опытным слушателям было поручено вести группы испаноязычных родителей, а другие слушатели при этом выступали в роли ко-терапевтов. Многие родители имели невысокие заработки, у них не было среднего образования, и говорили они только по-испански. Поскольку руководители группы были неопытны, в группу не включили детей, у которых, как считалось, были сложные эмоциональные проблемы. Параллельно с собственными занятиями слушатели проводили под наблюдением еженедельные двухчасовые занятия с родителями. В учебных целях эти занятия записывали на видеопленку. Недавно обучение первых групп закончилось, и в последовавших за этим беседах родители отзывались о занятиях с большим энтузиазмом

Размер группы

Терапия детско-родительских отношений представляет собой сочетание дидактических элементов с исследованием чувств и эмоциональных реакций в группе по мере того, как родители делятся возникающими у них чувствами по отношению к себе и своим детям. Таким образом, специалисту, намеревающемуся использовать, игровую терапию в группе, необходимо иметь навыки и опыт работы с группами, а также профессионально владеть методами игровой терапии. У терапевтов часто наблюдается тенденция погружаться в исследование чувств, отказываясь от дидактического материала. Здесь очень важно сохранять тонкое равновесие. В повестке дня групповой терапии не принадлежит исключительная роль. Родителям необходимо также овладевать новыми навыками общения с детьми.

Учебная группа для родителей обычно состоит из шести-восьми родителей или супружеских пар. Десять родителей в группе — это слишком много для того, чтобы вести наблюдение за их работой, а также для эффективного взаимодействия внутри группы. Возможно, наилучшим вариантом является такой, при котором в группу входят только отдельные родители или только супружеские пары. Однако мой опыт свидетельствует о том, что за помощью чаще обращаются не супружеские пары, а матери, и если в предварительном списке вдруг оказалась супружеская пара, то вряд ли разумно ожидать, когда наберутся еще две-три пары — это привело бы к слишком долгим ненужным проволочкам. Иногда могут пройти месяцы, прежде чем в листе предварительной записи появится еще одна пара. Следует сделать только одно предостережение; когда в учебную группу включается пара, в процессе обмена чувствами могут возникнуть стойкие проблемы отношения, и руководителю, возможно, придется приложить дополнительные усилия к тому, чтобы удерживать обсуждение на том уровне, который соответствовал бы учебным целям.

Терапию детско-родительских отношений можно использовать также в работе с отдельными родителями или отдельными супружескими парами. Такой способ работы часто может стать необходимым для специалистов, занимающихся частной практикой, в том случае, когда нет возможности собрать группу. Я предпочитаю работать с группой, поскольку в этом случае имеет место групповая динамика, и родители получают возможность учиться на опыте других. Однако одним из самых впечатляющих событий в моей практике была интенсивная однодневная работа с супругами, которые жили за сотни миль и не могли приезжать на занятия еженедельно. Супруги привезли с собой ребенка, и это позволило мне продемонстрировать основные моменты теории в работе с их ребенком, а затем проанализировать работу каждого родителя с ребенком в игровой комнате. После сеанса каждый из родителей получал обратную связь, и обучение продолжалось в течение всего дня.

Родительская терапия обеспечивает позитивную структуру межличностной групповой поддержки, улучшающей самовосприятие родителей: они начинают осознавать собственную значимость и верить в свои возможности. Возникающее чувство группы и групповой сплоченности — важные характеристики процесса родительской терапии. Поэтому после второй сессии группа закрывается, и новые участники к ней не присоединяются. Родители встречаются на два часа каждую неделю в течение десяти недель; для такого вида обучения этот срок является минимальным, и, разумеется, для тех родителей, дети которых имеют сложные эмоциональные проблемы, срок обучения, практики и поддержки должен быть увеличен. В ситуации частной практики из-за финансовых трудностей зачастую нелегко добиться, чтобы все члены группы посещали занятия в течение более продолжительного периода. В некоторых агентствах, где оплата за консультации снижена или вообще отсутствует, в университетах, в начальных школах добиться того, чтобы родители посетили пятнадцать-двадцать сессий довольно просто. Родители в группах Луизы Гуэрни (L. Guerney, 1976) занимались от шести месяцев до года.

Структура и содержание тренинга

Основной формой занятий является живая дискуссия в группе, состоящей из шести-восьми родителей и терапевта, расположившихся по кругу. Продолжительных лекций следует избегать, и внимание, как правило, сосредоточено на родителях. В процессе беседы вводится постепенно необходимая учебная информация в связи со спонтанными высказываниями родителей или информацией об их детях. Такое переплетение учебной информации с проблемами, волнующими родителей, приводит к тому, что знания воспринимаются и усваиваются родителями более осмысленно. В группе родители часто находят решение проблем и новые способы общения с детьми. После каждого занятия родители получают домашние задания, которые позволяют им сохранять, ощущение сопричастности к группе в период между встречами. Во время занятий родителям рекомендуется вести записи. Ниже приводится примерная схема каждого из десяти еженедельных двухчасовых занятий.

Занятие 1. Родители представляются, рассказывают о своей семье и описывают ребенка, с которым они будут проводить занятия. Для большей эффективности родители проводят игровую терапию только с одним ребенком. В это время для других детей в семье организуется какое-то специальное занятие (например, им можно поручить печь печенье в кухне и т. п.). Как правило, поначалу родители хотят проводить терапию со всеми своими детьми, и когда им это разрешают, они очень скоро обнаруживают, что у них оказывается слишком напряженный распорядок дня, и они не в состоянии эффективно проводить занятия с детьми. Все занятия проводятся одним и тем же родителем. Чередование занятий между родителями мешает установлению доверия и последовательной проработке той или иной темы. Определяются цели и задачи обучения. Основной целью является развитие сензитивности по отношению к детям и эмпатического реагирования. На этом этапе терапевт использует ролевую игру. Домашнее задание состоит в том, чтобы распознать у ребенка эмоции страха, счастья, печали, удивления и отреагировать на них. Способы реагирования следует записать, чтобы впоследствии обсудить их в группе.

Занятие 2. Обсуждаются домашние задания, разрабатываются способы эмпатического реагирования, терапевт с помощью добровольца демонстрирует способы эмпатических реакций, а затем родители смотрят видеозапись работы терапевта с ребенком на приеме. Родителей приводят в игровую комнату, где они разбиваются на пары и работают, изображая по очереди ребенка и родителя. Родители получают список игрушек (пластилин, карандаши, бумага, тупые ножницы, бутылочка с соской, резиновый нож, ружье с дротиками, кукольная семья, солдатики, машинка, маска Одинокого Рыцаря, докторский чемоданчик, перевязочный материал, игрушечные деньги, веревка, прозрачная лента, Бобо, кольца типа «серсо», небольшая картонная коробка с прорезанными в боковых стенках окном и дверью, совмещающая функции емкости для игрушек и кукольного домика). Терапевт показывает каждую игрушку. Не обязательно, чтобы все игрушки были новыми. Для того чтобы подчеркнуть важность игровых занятий, этими игрушками разрешают играть только в специально отведенное для этого время. Это правило помогает детям научиться тормозить потребность в удовольствии и дает родителям возможность поупражняться в твердости и последовательности. Домашнее задание состоит в том, чтобы составить необходимый набор игрушек, выделить время и подыскать уединенное место в доме, подходящее для занятий игровой терапией. Комната ребенка для этого едва ли подходит, поскольку там много других игрушек. Занятие нельзя прерывать для того, чтобы открыть дверь или ответить на телефонный звонок. Таким образом, мы подчеркиваем значение этих занятий и даем ребенку понять, что он — совершенно особенный.

Занятие 3. Родители рассказывают о том, что они предприняли для организации занятий. Проводится обучение приемам игровой терапии, используется ролевая игра в игровой комнате, демонстрируется вторая видеозапись работы терапевта с ребенком. Иногда, когда есть кто-то, кто может присмотреть за детьми, терапевт может показать реальную работу с ребенком одного из присутствующих родителей. Домашнее задание состоит в том, чтобы помочь ребенку сделать табличку: «Игровое занятие — просьба не беспокоить», которую надо будет вешать на дверь, и провести первое игровое занятие с ребенком. Во время занятий родители должны придерживаться следующих правил:

Не следует:

Критиковать ребенка.

Хвалить ребенка.

Задавать наводящие вопросы.

Разрешать прерывать занятие.

Нагружать ребенка информацией и учить его.

Читать нотации.

Предлагать какую-либо другую деятельность. (Эти первые семь принципов заимствованы у Гуэрни (Guernеу, 1972).

Быть равнодушным или пассивным.

Следует:

Оформить интерьер.

Позволить ребенку вести вас за собой.

Отслеживать поведение.

Отражать чувства ребенка.

Устанавливать ограничения.

Поощрять энергию и усилия ребенка.

Принимать участие в игре, предоставляя инициативу ребенку.

Проявлять речевую активность.

Убирать комнату после занятий — задача родителей. Дети могут помочь им, если захотят, однако играть после окончания занятий они не должны. Не разрешается использовать для контроля времени разного рода хронометры, поскольку при этом мы снимаем с себя ответственность. Родители отвечают за то, чтобы занятие кончилось вовремя, даже если ребенку захочется поиграть еще. Тем самым ребенок приучается к тому, что родитель может быть твердым и последовательным. Родителям напоминают, что то, что произошло во время занятия, следует сразу же по его окончании записать. Родителей просят рассказать детям, что они ходят на специальные занятия, чтобы научиться играть с ними. Кто-то из родителей соглашается записать свое занятие с ребенком па видеопленку (это можно сделать дома или приехать для этого в наш Центр). Если есть кто-то, кто может присмотреть за ребенком, и в распоряжении группы имеется зеркало Гезелла, то лучше сделать живую демонстрацию занятия. Если это недоступно, демонстрации можно проводить в уголке комнаты, предоставив остальным членам группы наблюдать за занятием из-за книжного шкафа или из-за стола — важно, чтобы наблюдателей отделял от ребенка какой-то барьер.

Занятие 4. Каждый родитель отчитывается о первом занятии и рассказывает о тех трудностях, с которыми он столкнулся. Терапевт предлагает способы их решения. Особое внимание уделяется тем чувствам, которые испытывает родитель. Просматривается видеозапись занятия одного из родителей; при этом остальные родители в группе дают обратную связь. Преимущество видеозаписи состоит в том, что родители получают возможность увидеть себя со стороны — это производит на них сильное впечатление. Такой просмотр обычно вызывает беспокойство, однако остальные члены группы настроены очень сочувственно, и беспокойство быстро исчезает. Одна из задач терапевта в процессе просмотра состоит в том, чтобы выделить реакции и типы поведения, заслуживающие поддержки. Поправки сводятся к минимуму. Просмотр сопровождается рассказом родителей о занятии. Поскольку это была первая возможность использовать на практике новые умения, приобретенные в процессе обучения, каждому родителю хочется столько рассказать о своих переживаниях, что времени для обучения новым приемам остается очень мало. Выбирается другой доброволец из числа родителей, который готов к следующему разу предоставить видеозапись своего занятия или привести ребенка для демонстрации в группе.

Занятия 5—9. Эти занятия проходят по той же общей схеме. Короткий отчет родителей об игровых занятиях перемежается предложениями и указаниями терапевта; наряду с этим происходит обмен мнениями в группе по общим проблемам, в процессе которого особое внимание уделяется чувствам родителей. Просматривается видеозапись или ведется наблюдение (с последующим обсуждением) за реальным занятием одного из родителей. В зависимости от размеров группы, иногда можно проанализировать занятия двух родителей. Разбираются домашние задания, в которых регистрируются типичные ситуации, встречающиеся на игровых занятиях. На каждом занятии проводится тренинг и ролевая игра, имитирующие игровое занятие. Для того чтобы помочь родителям почувствовать себя сильными, специальное внимание обращается на появление у них новых навыков, помогающих справляться с ситуацией. Как правило, происходит генерализация навыков на поведение вне игрового занятия; этому помогает, например то, что родители получают задание продумать три реакции по установлению терапевтических ограничений для типичных ситуаций, возникающих на игровом занятии. Разбираются возникающие у родителей тревоги по поводу других проблем ребенка, проявляющихся вне игрового занятия. Следует избегать уводящих в сторону разговоров о проблемах, не связанных с ребенком.

Занятие 10. Родители рассказывают о своих игровых занятиях, просматривают видеозаписи, а последний час отводится на то, чтобы родители поделились своими соображениями о том, как изменились они сами и их дети. Родители рассказывают о тех изменениях, которые они подметили в других членах группы. Терапевт зачитывает сочинения, написанные родителями о своих детях в самом начале обучения с тем, чтобы родители могли оценить пройденный путь. На этом занятии все члены группы, как правило, испытывают большое удовлетворение. Родителей и/или детей, которым требуется дополнительная помощь, записывают на следующий прием.

Исследования и оценка

Стоуверу и Б. Гуэрни (Stover, Guerney, 1967) принадлежит одно из самых ранних исследований в терапии детско-родительских отношений. Они оценивали возможность обучения матерей методам терапии детско-родительских отношений и обнаружили, что после такого обучения у матерей число высказываний рефлексивного типа становится больше, а число высказываний директивного типа — меньше, чем у матерей, не получивших соответствующей подготовки. Они обнаружили также, что под влиянием позитивных изменений в поведении матери менялось и поведение ребенка.

В более позднем исследовании Б. Гуэрни и Стоувер (1971) сообщают, что у детей, матери которых получили подготовку в области терапии детско-родительских отношений, наблюдалось, по оценке родителей, улучшение по целому ряду параметров симптоматики и психосоциальной приспособленности. Значительное улучшение было также отмечено по двум оценочным шкалам, заполнявшимся врачами. Гуэрни и Стоувер пришли к заключению, что в результате опыта, полученного в игровой комнате, дети получают возможность отреагировать свои агрессивные чувства и более реалистично строить отношения с матерями: они начинали больше разговаривать с ними и больше делиться. Они также установили, что матерей можно научить навыкам, необходимым для того, чтобы отражать чувства, позволить ребенку следовать своим путем и соучаствовать в эмоциональной экспрессии и поведении ребенка.

В тех случаях, когда родители занимались игровой терапией с заикающимися детьми, удавалось добиться значительных улучшений. В этих случаях было обнаружено, что одной из существенных причин заикания является эмоциональный климат семьи. Изменение среды общения ребенка и создало необходимые терапевтические условия для смягчения заикания (Andronico, Blake, 1971).

Джилмор (Gilmore, 1971) исследовал примеры детско-родительской терапии при работе с детьми, испытывающими трудности при обучении. Он обнаружил, что в тех случаях, когда родители действуют как психотерапевтические агенты, самооценка таких детей существенно улучшилась. Повысилась также их учебная и социальная успешность, наладились отношения в семье.

Обнадеживают исследования долгосрочных изменений, наступающих в результате детско-родительской терапии Л. Гуэрни (Guerney, 1975) провела опрос сорока двух человек, прошедших подготовку в области терапии детско-родительских отношений, через один — три года после того, как они закончили обучение. Ответы на вопросы анкеты свидетельствуют о том, что только три из сорока двух детей, участвовавших в программе, впоследствии получали специальную медицинскую помощь. Тридцать два родителя отмечали неуклонное улучшение в поведении детей после завершения курса обучения. Четыре родителя указали, что улучшений не наступило, четыре родителя, полагали, что степень приспособленности у их детей снизилась и один родитель считает, что ребенок изменился в худшую сторону. Проводя исследования с одной и той же группой детей, Сайвалэк (Sywulak, 1979) просил родителей ранжировать поведение своих детей, и в течение четырех месяцев, предшествовавших игровой терапии, эти оценки существенно не менялись. В течение последующих четырех месяцев с большинством детей проводилась игровая терапия, в которой принимали участие оба родителя, проходивших обучение в области терапии детско-родительских отношений, и у них наблюдались значительные улучшения в приспособленности. В этот период у родителей также отмечалось улучшение в: плане принятия своих детей.

Трехлетнее наблюдение за детьми, принимавшими участие в исследовании Сайвалэка (Sensue, 1981) не показало существенного снижения уровня приспособленности два и три года спустя. По сравнению с контрольной группой обычных детей, дети, получавшие терапию, имели тот же уровень адаптации, хотя до этого у них были диагностированы затруднения в приспособленности. Кроме того, родители, прошедшие специальную подготовку, имели более высокий балл по шкале принятия своих детей, чем родители контрольной группы.

Гласе (Glass, 1986) сравнивал достижения родителей, обучающихся игровой терапии, с контрольной группой, и обнаружил существенные различия в пользу родителей, получивших подготовку: они выказывали безусловную любовь к ребенку, понимали его, снижалось число детско-родительских конфликтов, родители лучше понимали смысл игры ребенка. Хотя различие это не являлось статистически значимым, у родителей, обучавшихся игровой терапии, была отмечена большая мера родительского принятия, уважения к чувствам детей, признание необходимости автономии ребенка, улучшение самооценки у детей и родителей и возникновение большей близости между ними.

Глава 17

Избранная библиография по игровой терапии

В предыдущих шестнадцати главах содержатся мои размышления об отношениях, возникающих в игровой терапии. Существует множество других точек зрения и море информации, которую можно найти в соответствующей литературе. Избранная библиография по игровой терапии предназначена для того, чтобы помочь студенту и психотерапевту, дальше продвинуться в изучении богатейшей области — игровой терапии, если вы стремитесь лучше узнать себя, детей и динамику этой захватывающей науки. Я старался включить в этот список работы, позволяющие взглянуть на игровую терапию в разрезе и дающие представление об ее основных проблемах, таких как отношения в игровой терапии, смысл игры, игровая терапия в особых условиях, игровая терапия в группе, игровая терапия с особыми выборками, специфические проблемы в игровой терапии, процесс игровой терапии, обучение и исследования.


processi-sokrasheniya-v-kardiomiocitah.html
processi-tormozheniya-v-centralnoj-nervnoj-sisteme.html
    PR.RU™